Александр Дугин

Довольно любопытные лекции профессора Александра Дугина:

 


Лекция №5 Социальная антропология (курс Структyрная социология) (25.03.09) проф. Дугин

http://konservatizm.org/konservatizm/sociology/270309011304.xhtml   

Социологический человек исчерпывается статуарным набором, наличие под этим набором индивидуального подлежащего, индивидуума – социологически недоказуемо.

 

Теории индивида, субъекта, человека-зверя, равно как и сверхчеловека являются вторичными социальными конструктами, надстроенными над фундаментальной структурой статусов и ролей.

 

В архаических обществах фигура, находящаяся на пересечении социальных отношений называется «Do Kamo», и представляет собой архетип места человека в социуме. Do Kamo – главный персонаж социальной антропологии.

Со стороны психики и коллективного бессознательного эго конституируется процессом индивидуации. Душа внутри человека является прямым аналогом личности в социуме. Между душой и набором статусов существует прямая аналогия, а на корневом этапе тождество.

 

Инициация как индивидуация есть осевой момент общества, в котором социальность интегрируется с психическим миром, создавая пятую ось социума – ось счастья.

 

В традиционных (архаических и религиозных)  обществах человек есть процесс инициации.

 

В обществе Модерна делаются попытки конституировать субъекта как автономное содержание внутреннего мира человека, приравненного к рациональному эго. Эти попытки постепенно приводят к антропологическому нигилизму – человек сводится к рациональной функции. Попытки обоснования автономного индивидуума привели к потери человека.

 

В Постмодерне торжествует правило смерть человека =  рождение индивидуума. Индивидуум  в Постмодерне мыслится как продукт свободного конструирования с использованием человеческих и нечеловеческих деталей.

Структурализм и социология представляют собой обобщающую модель фундаментального гуманизма перед лицом игрового индивидуализма и дивидуализма постструктуралистского Постмодерна.

 

Археомодерн есть частный случай общества с заведомо дисгармоничной структурой (псевдоморфоз Шпенглера, общество-свалка Сорокина). Человек такого общества купирован на две конфликтные составляющие. Такие общества суть клинические формы социальности. " (Лекция №5 Социальная антропология (курс Структyрная социология) (25.03.09) проф. Дугин )

 

 

 

 

Лекция №2 Социология воображения (курс Структyрная социология) (04.03.09) проф. Дугин

 

http://konservatizm.org/speech/dugin/090309181250.xhtml

 

Воображение – это то, что заполняет собой все пространство перед лицом смерти, что баррикадирует чистую стихию смерти всем, что мы видим, чувствуем, слышим, говорим, делаем, строим, ломаем, ощущаем, желаем, о чем грезим, на что надеемся. И тем самым имажинэр заполняет время, делает его антропологическим временем – временем повествования, мифа, траекта. Человек имеет бытие и смысл только как антропологический траект. Вне этого функционального состояния он есть абстракция, простая и недоказуемая гипотеза субъекта.

Основная идея: миф есть законченная интеллектуальная матрица, которая должна быть изучена через особые операции на основе мифологики (специальной логики мифа). Синтагма мифа (последовательно развертывающийся рассказ, повествование) скорее обманывает, а каузальные и логические связи – вторичны, незначительны и произвольны . Миф надо изучать как парадигму.

Чтение мифа через периоды. Как ноты, не как текст. Тогда мы увидим гармонию. В нотах можно следить за мелодией, а можно за гармонией – которая считывается по вертикали. При этом в анализе мифа самое главное верно выделить периоды, то есть те места где идет перенос нотной строки и начинается новый блок мифа (мифема – по Леви-Строссу).

Жильбер Дюран (р.1929) – разработка социологии воображения

Все эти идеи, подходы и сюжеты, стоявшие в центре интереса участников семинара «Эранос» и примыкавших к нему так или иначе ученых, нашли свое синтетическое воплощение в трудах еще одного его участника  ученика (и друга) Юнга, Гастона Башляра, Корбена, Леви-Стросса, Элиаде и Дюмезиля – Жильбера Дюрана. Дюран обобщил все идеи социо-культурной топики, основанной на синтезе всех этих авторов, в форме социологии воображения или социологии глубин.

Дюран говорил о «Tiefensoziologie» (социологии глубин или глубинной социологии) по аналогии с «Tiefenpsychologie» (психологии глубин, глубинной психологии) Юнга.

Дюран от топики к теории (гранд-теория социологии воображаемого)

Жильбер Дюран переходит к формированию законченной систематической теории, где структурализм и изучение мифологии через методы Юнга, Дюмезиля, Корбена, Леви-Стросса, Башляра, Элиаде и т.д. воплощаются в стройную и законченную картину. Дюран называет это мифо-дологией или мифоанализмом.

В нашей формуле логос/мифос это значит следующее: в отличие от классической для Нового времени -- да и для всей западной (но не восточной!) философии начиная с Платона – линии, где мифос изучался с помощью логоса, предлагается изучать логос с помощью мифоса, то есть полностью перевернуть пропорции. Но это не дает мифологию, это дает именно науку, но качественно иную – оперирующую с рациональными категориями, понятиями, методами, но иным образом, нежели в историцизме, позитивизме и рационализме.

Это наука, основанная на «мифологике» (Леви-Стросс), то есть на  применении обобщенной и рационально осмысленной логики мифа к различным явлениям – как собственно мифологическим, так и вполне рациональным -- логическим, социальным и научным.

Статус l'imaginaire: его первичность

Развивая подход Корбена  (роль mundus imaginalis) и идею Юнга о коллективном бессознательном,  Дюран вводит такое понятие как l'imaginaire. Понятие на английский передаваемое неуклюжим «imagery». Это не воображение (как способность) и не воображаемое (как что-то представленное, искусственно воссозданное с помощью фантазии). Но и не воображающее (то есть то, что заставляет появляться фантазии).

Имажинэр – первичное свойство, оно представляет собой одновременно:

нечто, что воображает (воображение как инстанция), то, что воображается (воображаемое) того, кто воображает (воображающий или воображающее), сам процесс (воображение как функция) и нечто, что является общим и предшествующим и тому, другому, и третьему (собственно «имажинэр»).

Дюран так описывает статус «имижинэр» (воображаемое-воображающее-воображение) в его теории. У Платона в диалоге «Софист» дается определение двух типов воображения: fantasia и eikasia. Оба они основаны на презумпции, что первичными являются две реальности – разум как мера реальности и порядка всех вещей и объективный мир, воспринимаемый чувствами, которые транслируют ощущения разуму. Они могут делать это корректно или некорректно – тут-то и вступает в дело воображение. Если впечатления от внешнего мира (который реален) передаются разуму (который тоже реален) «правильно» (корректно), то мы имеем дело с eikasia т.е. с таким воображением, которое «позитивно» и вносит минимум погрешностей в процесс передачи. От этого слова произошли слова икона, идол (в смысле образ, образец и эталон). Если возникают сбои в передаче образа – мы имеем дело с фантазией, то есть испорченной передачей, которая перемешивает реальные данными нереальными и все путает.

Можно представить это как человека, смотрящего на предметы через аквариум. Если вода в аквариуме прозрачна и чиста, нет рыб, водорослей и других препятствий, то предметы на той стороне видятся ясно и четко. А если в аквариуме кишат рыбы, ползают крабы, вздымая потоки ила и шевелятся водоросли, то предметы на той стороне будут еле видны и между ними и наблюдателем будет происходит настоящая чертовщина аквариумной жизни, не имеющая никакого отношения ни к наблюдателю, ни к предметам на той стороне. Аквариум – это воображение, имажинер. В логоцентричной философии, в пространстве логоса у него именно такой статус: самое лучшее для воображения – не мешать рациональному процессу (а еще лучше вообще не существовать, чтобы не искажать «реальность»).   

Дюран предлагает порвать с этим логоцентризмом и перевернуть стартовые позиции: первично воображение, именно оно создает в ходе своей динамической работы и субъекта и объекты внешнего мира.

Имажинэр – единственно, что существует. Наш мир (и «наш» -- то есть субъектный и «мир» -- то есть совокупность объектов) есть результат свободной игры воображения.

Здесь мы имеем дело с особой онтологией структурной социологии: единственно, что есть, это «промежуточное».